наверх

Сухой ручей – подарок феи

Андрей Ганов,
садовод-коллекционер, организатор лекций для садоводов в Ботаническом саду СПб, автор книг и статей по садоводству, Санкт-Петербург. Подробнее об авторе

Сухой ручей – подарок феи

В жизни любого садовода бывают счастливые моменты. Некие проблески удачи. Локальное садоводческое счастье. Моё счастье материализовалось в образе очаровательной блондинки, производящей обмер нашего участка. Уж не знаю почему, может звёзды в этот день расположились как надо,  но в кадастровом плане, который остался у меня на столе после убытия Златовласой Феи, я обнаружил  изрядный кусок территории, до сих пор не охваченный моим садоводческим пылом. То, что половину нового владения занимала канава, а вторая часть представляла собой утоптанную тропу, меня мало смущало. Хотелось немедленно что-то сделать и что-то посадить.

Дело было в начале нулевых. И информации о растениях, и знаний о садовом дизайне было маловато. Но уже тогда появлялась и исчезала мода на что-нибудь. То горки, то прудики… В тот счастливый год мне под руки попался какой-то журнал с подробным и очень завлекательным описанием сухого ручья. Тогда это ландшафтное решение было, как сказали бы сейчас, в тренде.

Материалов – камней разного размера и структуры – на моём Карельском перешейке было не то, что в избытке, а в переизбытке. Крупнозернистый песок тоже был в наличии. Растения жаждали быть высаженными из контейнеров…  Короче, «утром в газете, вечером в куплете» - русло сухого ручья было готово дня через четыре. Снизу доверху оно было заложено камнями – в основном, гранитными валунами и валунчиками. Оставлялись только посадочные ниши для растений.

Место расположения сухого ручья оказалось полутенистым, что, естественно, наложило свой отпечаток на ассортимент.  Конечно же, напрашивались папоротники. И, конечно же, не банальные орляки да щитовники из ближайшего леса, а что-то эдакое…. Надо сказать, тогда, на рубеже веков, разжиться каким-нибудь ботаническим эксклюзивом было ох как не просто! Это сейчас, ещё не успеешь дописать в Яндексе запрос на какую-нибудь диковинку, уже вываливается море предложений. А тогда…  в общем, приобретённые мной с большими хлопотами листовик сколопендровый (Phyllitis scolopendrium), костенец волосовидный (Asplenium  trichomanes) и костенец чёрный (Asplenium adianthum-nigrum) стали изюминками моей коллекции и украшением сада.

На дно сухого ручья – как мне казалось, весьма логично – был высажен кустик колосняка песчаного (Leymus arenarius) и небольшая куртинка ириса щетинистого (Iris setosa), о котором хочется сказать парочку хвалебных слов. Этот ирис не получал ни минуты солнца в день! Ни минуты! И, тем не менее, он исправно каждый год цвёл и даже завязывал всхожие семена. От сибирского ириса он отличается прямыми, более широкими листьями не совсем обычного, серовато-зеленоватого оттенка. И сейчас, спустя 15 лет, он растёт на прежнем месте! Конечно, в такой тени он медленно разрастается, но это, согласитесь, и неплохо. Редко бывает, что задуманная один раз картинка продолжает радовать глаз очень долгое время без пересадок, делений куста, и так далее.

Естественно, появились там и хвойные. Это и видовой казацкий можжевельник (Juniperus Sabina), и красиво нависающий сверху можжевельник горизонтальный (Juniperus horisontalis) сорт Winter Blue, и даже сорт привередливой в нашем климате сосны мелкоцветковой (Pinus  parviflora). На средний ярус сухого ручья, в нишу между камнями, был посажен карликовый сорт бадана Dragonfly. Не самое лучшее решение, ибо, извиняюсь за игру слов, в сухом ручье ему было суховато…

Спустя пару лет после создания сухого ручья, я вдруг осознал, что камней вокруг явно не убавилось. И надо бы их тоже пустить в дело. Выбрав самые крупные, я соорудил из них «каменную отмель». Уж не знаю, откуда взялись такие ассоциации, но получилась иная картинка, чем в сухом ручье, и это мне импонировало – скучно повторять одно и то же. Между камнями образовались посадочные ниши, которые после заполнения  плодородным грунтом были в тот же год засажены низкорослыми многолетниками. Особенно хороша оказалась выращенная из семян карлина (Carlina acaulis) сорт Bronze.

И тут не обошлось без папоротников. Но уже немножко других. Это и адиантумы венустум и стоповидный (Adianthum pedatum b.,A. venustum), и дербянка колосистая (Blechnum spicant), и житель наших северных лесов, многоножка обыкновенная (Polypodium vulgare). Из хвойных не совсем удачно посадил  можжевельник чешуйчатый (Jumiperus squamata).  Уж и не упомню, что стало причиной выпадения большей его части:  грибные заболевания или весеннее иссушение, к которым этот вид восприимчив, но от былой некогда красоты не осталось и следа. Сейчас он понемногу отрастает...

С самого верха спускаются длинные плети кизильника Даммера (Cotoneaster dammerii). Ничего в нём нет особенного, но многочисленные белые цветки придают этому кустарнику некое изящество.

Если есть ручей – хоть и сухой, есть отмель – хоть и без прилива, должен быть мостик. Сказано – сделано. Появился мостик! Перила у него только с одной стороны, мне показалось, так конструкция выглядит более легко, воздушно.

Удивительно, но это, пожалуй, единственная композиция моего сада, которую я за 15 лет не переделал, а лишь добавлял новые детали. Она мало изменилась, только первоначально гладкие и чистые камни покрылись, как патиной, красивым, шерстистым мхом.

Openstat