наверх

Мои любимые «лопухи»

Елена Грошавень,
садовод-любитель, Москва

МОИ ЛЮБИМЫЕ «ЛОПУХИ»

Не совсем маленький по площади участок, расположенный практически целиком в тени, диктует свои условия. И дает свои возможности. Одна из них — возможность держать достаточно крупные декоративнолиственные растения. Короче — «лопухи». Под это название я подвожу заматеревшие кусты гигантских сортов хост, таких, к примеру, как старый, но ничуть не устаревший культивар хосты Зибольда «Eleganse», нежно любимая мной хоста «Krossa Rega» и, увы, утраченная из‑за вируса  «Sum and Substance». Причем неудачных сортов очень мало, на память приходит лишь «Francis Williams», который каждый год покрывается сухими пятнами из‑за погодных фокусов. Стоит только помнить, что у голубых сортов к концу лета подсмывается та «пудра», что придает им цвет, из‑за этого яркость и свежесть окраски слегка тускнеет.

Далее в разряд любимых лопухов входит пельтифиллум щитовидный (Рeltiphillum peltatum = Darmera peltata). Растение это любит не просто полутень, а обязательно влажную богатую почву. Сколько ни давала его знакомым, благо разрастается хорошо, они упорно сажают на свету в стандартные условия цветника — и вместо роскошной куртины высотой с человеческий рост имеют «задохлика» чуть выше щиколотки. Кстати, в Государственном ботаническом саду он растет в совершенно глухой тени под дубами. И очень, надо сказать, неплохо.

Пельтифиллум весьма забавно цветет. В мае из голой земли показываются цветоносы, увенчанные щитковидным соцветием. Они растут-растут и дорастают до высоты примерно 60 см. Цветки увядают, и тут из земли показываются листья. Вот в них‑то и главная прелесть — этакие воронки на длинных стеблях. Особенно забавно наблюдать за ними в дождь, когда вода наполняет эти воронки и они наклоняются и переплескивают влагу с листа на лист, подобно затейливому фонтану. Одно только жаль — не дает пельтифиллум в наших условиях осеннего окрашивания. Не успевает, попадает под заморозок. Корневище у него толстое, вьется драконом практически по поверхности земли. Но, несмотря на его «открытость», подмерзаний наблюдать не приходилось. Даже сухие морозы 2002‑го года пельтифиллум пережил без повреждений. Зато уж, если захочешь поделить или отделить кому‑нибудь часть растения, рубить приходится лопатой наотмашь.

Его сосед — астильбоидес пластинчатый (Astilboides tabularis = Rodgersia tabularis) листья несет плоские. Но размер у них! До метра раскормить спокойно можно. Хотя растет рядом, но поближе к орешнику, и место для него заметно посуше. Поэтому разрастается он здесь небыстро. Но астильбоидес — это астильбоидес. Он даже и с одним листом был бы хорош. Сейчас у него их семь, так от края до края — больше полутора метров. Мне рассказывали об одном экземпляре, росшем на месте старого парника на навозном перегное. Вот это был монстр! Цветет астильбоидес летом, вместе с астильбами, плотной кремовой метелкой. И что удивительно, дает самосев (не каждый год и всего один-два экземпляра). Кстати, поскольку сидит в совершенной тени, листья весной разворачивает поздно и они «уходят» от весенних заморозков. Но осенний бьет его намного сильнее, чем пельтифиллум, хотя астильбоидес перед этим все‑таки успевает приобрести красивый желтый цвет.

Поскольку разрастается астильбоидес не столь активно, как пельтифиллум, размножать его, конечно, удобнее семенами. Потому что «откусывать» все же жалко. Для дружного прорастания понадобится холодная стратификация в течение месяца и проращивание при невысокой температуре. Жаль только, что ждать придется достаточно долго, пока небольшие сеянцы вырастут и достигнут действительно приличных размеров.

И еще одно могучее растение — ревень дланевидный (Rheum рalmatum). У меня его сорт «Atrosanguineum» с пунцовыми весной — в начале лета листьями. Потом они становятся просто темно-зелеными. Самые первые листья постепенно желтеют, засыхают, и их нужно убирать, чтобы не портили вид. К тому же ест его кто‑то, похоже, слизни. В общем, к августу ревень выглядит уже совсем не «глянцево». Но все равно привлекательно. И уж совершенно точно — экзотично.

Но тем не менее растение это вполне брутальное, а цветоносы поднимаются выше двух метров. Цветение занятно еще и тем, что привлекает целую кучу весьма затейливо окрашенных насекомых. Правда, бабочек на нем видеть не приходилось. Зато после цветения стебли с завязавшимися семенами тороплюсь срезать. Иначе самосева не оберешься.

Все мои «лопухи» похожи по своим экологическим требованиям. Им нужна (но не всегда достается) глубоко обработанная, богатая гумусом почва. Недостаток ее питательности приходится восполнять минеральными удобрениями. Это обязательно, ведь для того чтобы ежегодно наращивать такую массу, питания нужно много. Все они любят постоянную влажность (в том числе и воздуха) и при этом не выносят застоя воды (которого у меня, впрочем, не бывает, поскольку песчаные почвы этим не страдают). И что тоже имеет значение, их можно посадить раз и навсегда. Не надо себе морочить голову делением, омоложением, пересадками… Разве что лишнее по краям обрубать, если нарастет. А так — только хорошеют год от года и от десятилетия к десятилетию. Вот уж кого возраст только красит! Самой старой моей хосте («Eleganse») в этом году исполняется, между прочим, 25 лет.

Openstat